Возвращение домой было невеселым. Первое разочарование в жизни случается когда-то у каждого и всегда именно в тот момент, когда его меньше всего ожидаешь. Когда проторчав несколько часов на катке, с краснючими щеками и горящими от счастья глазами в компании лучшей подруги ты вваливаешься в кафе-мороженое на том же катке - в этот момент ты не ожидаешь ничего, кроме радости от поедания сладкого лакомства в блестящей, а главное вместительной металлической чашке на ножке. Ты желаешь только одного, чтобы в кафе были свободные места, и они есть! Занимаешь место, покупаешь мороженое, возвращаешься к столику и... испытываешь быстросменяемую гамму переживаний: удивление-недоумение-неверие- и, наконец, -признание того, что да, с тобой стряслась беда. Будто внезапно отменили каникулы. Нет, занятое тобой место по-прежнему свободно, но вот... кошелек с котятами - твой роскошный заграничный кошелек, подаренный тебе не так давно гостившей родственницей, украшенный картинкой с тремя умилительными мордочками... в общем, тот самый кошелек, которым было занято место за столиком в кафешке - он исчез. Его не было ни под столом, ни рядом - в унынии обойдя все кафе я не нашла его нигде. Куда же он мог деться? У меня не укладывалось это в голове. Как так? Ведь не могли же его украсть?! Ведь советские люди не способны украсть - так нам говорила Галина Ивановна! Вечер потускнел, мороженое не радовало. В ту минуту я даже не вспомнила, что вместе с кошельком пропали все сдачные копейки с моих походов за хлебом и молоком, складируемые сюда, чтобы покупать мороженое и значки, но разлука с тремя самыми чудесными котятами на свете, строившими мне такие уморительные мордашки с фоточки на кошельке - щемила сердце. Ну неет... неужели я больше никогда не увижу их?..

И это я ещё не рассказала о пропаже маме.

Я позвонила в дверь.

- Ну наконец-то, - с улыбкой встретила меня мама. - Накатались? Ох, вся в снегу! Раздевайся, Анютка, сейчас тебе что-то расскажу!

Соседи, сновавшие по маршруту комната-холодильник-кухня, показались мне самыми счастливыми людьми на свете, ведь у них не украли заграничный кошелек с котятами и им не предстояло сообщить об этом маме.

Стряхнув с одежды снег и закинув её на вешалку, я зашла в нашу комнату.

- Посмотри - там, на столе, - таинственно улыбаясь, сказала мама.

На столе лежала крохотная шерстяная вязаная голубая шапочка с двумя помпончиками, с пуговицей на застежке, и такие же малюсенькие носочки. Мне они были явно малы.

- Анюта, как думаешь, для кого это? - спросила мама, наблюдая как я верчу в руках маленькую одежку.

Я начала перебирать в уме всех наших родственников - у кого из них родился малыш? И пожала равнодушно плечами:

- Не знаю...

- Скоро у тебя будет сестренка или братик! - все так же улыбаясь, сообщила мама.

- Что?! - Шапочка и носочки как будто засветились и ожили у меня в руках, услышанное в одно мгновение наполнило меня любовью и нежностью к тому крохотному, родному малышу, который их скоро наденет. Я уже обожаю его!

- Ура, мамочка! Как здорово! У меня будет сестренка! А как её будут звать? А когда она уже родится?! - с радостным восторгом прижимая к груди малюсенькие вязаные носочки, я обняла маму и засыпала её вопросами.

Это было чудо и счастье, настоящее счастье.

План был таков: я бросаю институт, иду работать и параллельно готовлюсь к поступлению на исторический. В районной библиотеке меня уже пообещали взять на работу. А если не поступлю в МГУ с первого разу, буду снова готовиться и снова пытаться, и так бесконечно. Надоел мне этот Литературный! Зря я сюда поступила, не мое это, ясно же. Ведь говорят же: можешь не писать - не пиши, ну и чего мучить себя и занимать чужое место? Нет все, не могу больше... Как с раздражением заметил мне когда-то отец, когда я поделилась с ним, что после школы хотела бы двинуть в актрисы: "Зачем быть плохой актрисой?" - Ну вот и плохим писателем тоже быть незачем.

Однако уходить, не предупредив мастера было как-то неправильно. Поэтому прежде, чем забирать документы, я приехала на семинар. В последний раз. Даже не верится, что скоро я стану свободной и мне не надо будет больше сюда переться.

- Знаете, я хочу уйти из института, - сообщила я.

- Вот так новости, это почему ещё? - поинтересовался мастер.

- Мне как-то тяжело дается творчество, я поняла, что это не мое, наверное, у меня нет способностей... - жалобно заговорила я.

- Анька, все вы врете! - рассердился он в ответ на мое нытье. - У вас есть вполне неплохие работы. А если что-то не получается, это нормально, надо больше работать, не пропускать семинары. А то что это вы взяли моду - приходить через два на третий, - недовольно говорил он, как всегда, словно слегка спотыкаясь на некоторых словах. - Я думаю, вы просто большая лентяйка, - хладнокровно вынес он вердикт, укоризненно на меня глядя.

- Нет, - попыталась оправдаться я. - Я стараюсь, правда, но мне просто все это очень тяжело. Наверное, мне лучше поискать что-то другое, к чему у меня больше способностей...

- Да все у вас нормально со способностями, - признал он, вопреки педагогике. - Поверьте мне, я редко ошибаюсь, и это не тот случай, - в вас я уверен. Уйти из института будет ошибкой, зачем вам неоконченное высшее? Ладно, давайте мы так сделаем, я вам даю освобождение, академический отпуск, можете месяц не ходить на семинар, и все хорошенько обдумаете.

"Ого! А так можно было?!"

- Договорились?

- Хорошо.

Академический отпуск начался уже сегодня. Вылетев со скоростью пули из родного института, словно из застенок, я вскоре уже быстро шагала по Тверскому бульвару, где сквозь рыхлый, местами уже почерневший снег пробивались первые проталины, где было солнечно, хотя и по-весеннему ветрено и прохладно.

Уйти с семинара, да ещё с разрешения самого мастера - вот это кайф!

Наверное, в то время не было на земле государства, которое больше заботилось бы о своих маленьких гражданах и уделяло бы столько внимания детству.

Вот например, детский досуг - что тебе по душе - секции, кружки, спорт, творчество - только выбирай. Родители могли даже не знать, в какой кружок ещё ты записался сегодня и бросил его уже назавтра. Хотя иногда и они подключались к выбору. Так, однажды, мама записала меня на балет. Может потому, что я была тоненькая и очень гибкая, мама увидела во мне будущую Анну Павлову - фильм про неё с успехом прошел по кинотеатрам страны и мы с мамой тоже смотрели его. Под впечатлением от фильма, я поначалу с интересом и даже с радостным волнением согласилась ходить в кружок классического танца. Мама купила мне чешки, черный гимнастический купальник и сшила белую расклешенную юбочку - взяв все это я должна была несколько раз в неделю после уроков ездить на трамвае несколько остановок до Чистопрудного бульвара, где, в одном из двориков располагался клуб с моим балетом. Но очень быстро все это мне надоело: и ездить в такую даль было лень, и нудные повторы одних и тех же упражнений, позиций и движений быстро наскучили. Вместо чего-то веселого и прикольного, типа Танца маленьких лебедей, мы разучивали унылый танец под песню Пугачовой. В общем, танцы я бросила.

Однажды во время продленки, когда мы были заняты выполнением домашки, к нам в класс пришла нелепая тетя в смешном берете. Она и вела себя чудно, совсем не по-учительски, разговаривая с нами как бы на равных, потому мальчики тут же стали хохмить и потешаться над ней, а мы, девочки, хихикать. И только присутствие и строгие взгляды Галины Ивановны заставили нас перестать баловаться и послушно последовать за беретом. Чудная тетя, терпеливо и снисходительно улыбаясь смешкам, привела нас в дом - с виду обычный серый двухэтажный дом, каких было множество во двориках улицы Обуха, расположенный совсем недалеко от школы, и тут-то мы уже забыли про насмешки, а, напротив, слушали разинув рты, и смотрели во все глаза, мигом зауважав её. Как же не хотелось уходить из этого волшебного дома - дома детского творчества! На стенах и стеллажах было множество красивых плетенок, фигурок, вазочек, расписных стекол, рисунков и все это было таким красивым, что хотелось тут же смастерить нечто подобное самой, своими руками. Записавшись сразу на все кружки я остановила в итоге свой выбор на керамике. Это было очень увлекательно, мне нравилось придумывать фигурку, нравилось лепить её, а потом, после обжига раскрашивать. Я их смастерила много, но запомнился мне милый котенок маме на 8 марта - с подушечкой, на которую он положил свои передние лапки. На самом деле в задумке он виделся мне как-то покрасивее, но... получилось тоже неплохо.

Под Новый Год в нашем доме детского творчества было всеобщее веселое чаепитие. Все принесли что-то вкусное из дому и угощения было навалом. Стены были украшены разноцветными гирляндами и снежинками. А в центре над дверями красовался большой ватман с нарисованным Тигром - ведь следующий, 1986-ой год, будет годом Тигра.

Интересная тема была затронута на одном ютуб-канале. Суть в том, что автор, делясь впечатлениями от посещения Третьяковской галереи, выдвинул тезис, если вкратце, что культура, и искусство, в частности, для нормальной жизни и нормального развития общества не менее важно, чем технические достижения. И для любого человека важно духовное развитие, так же как и для всего человечества в целом, а может даже именно духовное развитие важнее, чем техническое, точнее сказать, оно первично. Не будет искусства и духовного развития, не будет и технического прогресса.

Далее...

В конце 80х я училась в средней школе. Хотя ещё не взрослая, но уже и не ребенок, потому прекрасно помню все, что предшествовало уничтожению великой страны. Такое впечатление, что у многих, кто также жил в то время, отшибло память, а ведь происходило ровно все то же самое, что и сегодня. Картина один к одному, найди пять отличий. Легко можно их найти, эти несколько отличий, но сути это не изменит. С одной стороны, правительство давит на народ непопулярными и просто идиотскими законами, делая все, чтобы жизнь народа становилась все невыносимее. С другой - бойкие обличители призывают к свержению власти и существующего строя. И выхода как бы нет. Либо тихо загибайся, либо иди борись за нормальную жизнь.

Далее...

С детства я страшилась двух вещей: вступления в комсомол и свадьбы. Но по разным причинам. Первого - потому что, по слухам, это важное ответственное событие должно было сопровождаться чем-то вроде экзамена, на котором я до смерти боялась провалиться. К счастью, а может, или даже скорее, к сожалению, получить комсомольский значок я так и не успела по объективным причинам. А вот по поводу второго - уж очень не хотелось рядиться в дурацкое белое платье, похожее на детский костюм "снежинки" на Новый Год, и не менее дурацкую фату, и целый день развлекать кучу гостей собственной персоной.

Далее...

В каникулы мы ходили в кино.

- Унесенные ветром, Бум, Танцуй-танцуй... - мы изучали сетку-афишу на остановке на предмет куда пойти. Все это уже смотрели, на фигню попасть не хотелось.

Далее...